Опубликована вторая часть масштабного исследования российского рынка сделок с технологическими активами по итогам 2025 года — «Tech M&A 2025».
В подготовке исследования приняли участие эксперты корпоративной практики LEVEL Legal Services:
Леонид Эрвиц, управляющий партнёр, глава корпоративной практики;
Мария Баева, партнёр корпоративной практики, глава коммерческой практики;
Игорь Костенников, советник корпоративной практики;
Глеб Тихомиров, советник корпоративной практики.
Эксперты LEVEL Legal Services проанализировали изменения в стратегии и практике сделок с технологическими активами, особенности проверки прав на программное обеспечение, а также ключевые инструменты защиты покупателя по цене сделки.
В материале «На гребне технологического бума» Леонид Эрвиц отмечает, что в 2025 году технологический сектор стал одним из ключевых драйверов российского рынка M&A. Активность в этом сегменте продолжала расти, а инвесторы проявляли значительный интерес как к стратегическим, так и к нишевым технологическим решениям.
При этом сделки в сфере высоких технологий становятся всё более сложными и требуют глубокого правового сопровождения, необходимого для их эффективного структурирования и минимизации рисков.
В 2025 году команда LEVEL Legal Services реализовала ряд значимых сделок с технологическими активами, среди которых:
По словам Леонида, в 2025 году макроэкономическая динамика изменила стратегии участников рынка и сместила переговорные позиции в пользу покупателей. Отбор проектов стал более точечным и осторожным, а покупатели начали уделять повышенное внимание договорным механизмам защиты от рисков.
«Наш опыт сопровождения Tech M&A сделок на стороне покупателя в 2025 г. показывает, что последний, как правило, в большей степени сосредоточен на таких аспектах, как: (i) создание эффективной договорной модели борьбы с утечками в период между подписанием и закрытием сделки, (ii) грамотный подбор заверений об обстоятельствах, максимально соответствующих конкретной компании и её бизнес-модели, (iii) “закрытие” максимального числа материальных рисков, выявленных в рамках due diligence, с использованием механизма возмещения имущественных потерь, (iv) конструирование комплементарных для покупателя договорных стандартов раскрытия информации, ограничивающих действие заверений об обстоятельствах, и тщательная работа с предоставленным продавцом проектом письма о раскрытии, (v) борьба с желанием продавца ограничить свою ответственность — как по срокам, так и по суммам, — особенно в части титулярных и налоговых рисков, а также несогласованных утечек»
— отмечает Леонид Эрвиц.
Мария Баева обратила внимание на один из ключевых рисков сделок, в которых программное обеспечение выступает основным активом.
При сопровождении таких проектов критически важно проверить всю цепочку перехода исключительного права — от первоначального автора до приобретаемой компании. Формальной проверки сведений о государственной регистрации для этого недостаточно.
«ПО является объектом авторского права и в соответствии с российским законодательством не подлежит обязательной государственной регистрации. В отличие, например, от объектов патентного права, возникновение и принадлежность исключительного права на ПО не зависят от регистрации в реестре Роспатента или Минцифры. Такая регистрация носит факультативный характер и не является гарантией наличия исключительного права у заявителя»
— поясняет Мария Баева.
В качестве показательного примера Мария приводит кейс, в котором компания-покупатель не проверила цепочку перехода прав на ключевое программное обеспечение и уже после закрытия сделки столкнулась с претензией третьей стороны, потребовавшей признать за собой права на исходный код.
«Регистрирующий орган не исследует основания возникновения права, не проверяет договоры с авторами, а также правомерность перехода исключительных прав к заявителю. Соответственно, свидетельство о регистрации подтверждает лишь факт внесения сведений в реестр, но не является правоустанавливающим документом и не исключает претензий со стороны третьих лиц, включая разработчиков и бывших работодателей»
— отмечает Мария Баева.
Отдельная часть исследования посвящена механизмам, которые позволяют покупателю снизить ценовые риски в сделках Tech M&A. Эксперты LEVEL Legal Services выделили три основных инструмента: earn-out, уменьшение цены и возмещение имущественных потерь.
Одним из наиболее распространённых механизмов отложенной оплаты в сделках Tech M&A остаётся earn-out. Он позволяет связать выплату части цены с достижением приобретённым бизнесом заранее согласованных показателей.
«Использование механики ценообразования earn-out становится всё более распространённым явлением в сделках Tech M&A. В этом отношении 2025 г. не выбивается из общего тренда. В наших кейсах в рамках Tech M&A они редко составляют более двух лет: чаще всего это либо единственный платёж по итогам года, либо разбитый на несколько частей платёж, выплачиваемый в течение двух лет.
По крайней мере в одной из наших сделок 2025 г. мы использовали комбинацию earn-out с опционными механизмами: если бы покупатель не реализовал колл-опцион, основатель смог бы воспользоваться предоставленным ему пут-опционом»
— рассказывает Мария Баева.
Earn-out не всегда удаётся просто структурировать. В таких случаях стороны могут обратиться к более простой альтернативе сходной природы — механизму уменьшения цены.
«Среди крупных технологических компаний, выступающих в качестве покупателей, в 2025 г. мы видим растущий тренд на использование инструмента уменьшения цены. После начала таких обсуждений стороны часто сталкиваются со сложностью структурирования данного инструмента и договариваются о более простых метриках оценки успешности приобретаемого бизнеса через механизм уменьшения цены. Ключевой особенностью такой “заморозки” является то, что условия выплаты цены или её уменьшения используются в дополнение к традиционным инструментам защиты покупателя и требуют точного определения для снижения рисков споров в будущем»
— поясняет Глеб Тихомиров.
Параллельно с механизмами отложенной оплаты покупатели используют возмещение имущественных потерь. Этот инструмент предназначен не столько для структурирования цены, сколько для компенсации рисков, выявленных в ходе due diligence или возникших после закрытия сделки.
«По нашему опыту, в том числе в рамках сделок, которые мы сопровождали в 2025 г., выбор конкретного механизма расчёта возмещения потерь сильно зависит как от самого актива и того, как он создавался, так и от предпочтений, внутренних политик и требований самого приобретателя. Наиболее популярным при этом является “комбинированный” подход»
— рассказывает Игорь Костенников.
В совокупности earn-out, уменьшение цены и возмещение имущественных потерь формируют комплексную систему защиты покупателя по цене сделки. Выбор и сочетание этих механизмов зависят от особенностей технологического актива, бизнес-модели приобретаемой компании, результатов due diligence и распределения рисков между сторонами.
Подробнее об исследовании «Tech M&A 2025»